in ,

Боже! Что за хрень?!

«Жил грешно — умру смешно»

Бывшие зэки вышли на свободу, но остались в изоляции.

Тюремное заключение имеет своей целью не только наказание преступника, но и его перевоспитание. Тем страшнее осознавать, что многие, попавшие за решетку, оказываются лишены шансов вести нормальную жизнь. Для бедолаг, которым некуда идти после освобождения создаются специальные интернаты, но условия жизни там далеки, очень далеки от идеала. О таком интернате мы и поговорим сегодня: тема тяжелая, но как никогда злободневная. От этого не застрахован никто.

На окраине Петербурга расположился интернат для бывших заключенных, которым нет места в современном мире. Сюда приходят по своей воле, когда идти больше некуда или не к кому, и живут годами по привычному укладу — с понятиями и тюремными порядками. Он находится на окраине города — в старинном поселке Усть-Ижора с населением меньше двух тысяч человек. Здесь практически отрезанные от внешнего мира бывшие зэки по собственному желанию доживают свои дни под присмотром соцработников. Это учреждение — единственное в своем роде в России. Внутрь администрация пускает неохотно и только с разрешения комитета по социальной политике Петербурга. Авторы проекта «Словить тишину» Ярослава Тарасова и Елена Козлова поговорили с постояльцами и попытались найти хорошее в людях, которые провели за решеткой не год и не два, а десятки лет. И, похоже, у них получилось.

bead6a72a7e454dbbeb01
Бывшие зэки вышли на свободу, но остались в изоляции

«Вы хотите побольше трэша снять и заработать на этом? Вы вообще понимаете, куда пришли? У нас тут о бывшего директора бычки тушили, я не могу отвечать за вашу безопасность». Директор учреждения Эдуард Григоренко потрясает полусжатым кулаком с двумя забинтованными пальцами. Из-за его спины на нас строго смотрят многочисленные портреты, среди которых быстрый взгляд различает Путина, Сталина, Берию и еще несколько смутно знакомых диктаторов и полководцев. Постояльцев он держит в ежовых рукавицах и, по утверждению интернатовцев, установил здесь тоталитарный антиалкогольный режим. Про Эдуарда Григорьевича в интернате говорят по-разному. Кто-то из постояльцев утверждает, что он бывший афганец, контуженный вертолетной вертушкой. Кто-то уверен, что директор за каждого подопечного горой стоит, ругает, конечно, но справедливо. Кто-то жалуется, что больше нет никаких выездов в музеи, как при бывшем директоре. И собственный транспорт Специнтерната куда-то пропал, а в гараже появились неизвестные дорогие машины. Вдруг директор смягчается: – Ладно, делайте, что хотите, только меня не трогайте. Я вас передам соцработникам.

c52027bf0fcd26e3d56f1
Бывшие зэки вышли на свободу, но остались в изоляции

Санкт-Петербургский специнтернат — единственное заведение такого рода в России. Обычно бывшие заключенные попадают в общие дома престарелых, где к ним относятся с опаской. Зэки даже в преклонном возрасте живут по своим понятиям, что часто приводит к конфликтам и беспорядкам. В специнтернате же практически все «свои».

Обед. Все собрались в двухкомнатной столовой. Нажимаю на кнопку спуска на фотоаппарате — щелкает затвор. Все оборачиваются на нас. — Кто разрешал снимать? — мужчина встает из-за стола. — Я ничего не подписывал, что это вообще такое! Уровень возмущений мгновенно разгоняется с нуля до громкости, которая заставляет соцработников прибежать со второго этажа. Девушки успокаивают постояльцев. Во второй комнате никто не против съемки. Улыбаются, позируют.

6972fdb591eafd9ed4193
Бывшие зэки вышли на свободу, но остались в изоляции
20a6c2c5866a71963c8a9
«Вячеслав Андреев по кличке Сява
cb22267e71d2dbd82f86e
Одеяло одного из постояльцев специнтерната
1721200beddd4c9a2750d
Бывшие зэки вышли на свободу, но остались в изоляции

Постояльцы специнтерната обычно проживают по три-четыре человека. Помещения напоминают комнаты в студенческих общежитиях. На старых обоях видны темные длинные следы от воды. Вдоль стен стоят советские кровати, обшарпанный холодильник.

Сергей получил инвалидность в тюрьме, где его до полусмерти избили сокамерники. Начальство отправило по этапу, чтобы не нести ответственность. В интернат попал после прохождения реабилитации. Из-за несвоевременной медицинской помощи мужчина постепенно слепнет. «Детство провел в интернате, затем закончил ПТУ, — спокойно говорит Сергей. — Получил профессию маляра-штукатура четвертого разряда, но дали только третий, потому что с мастером у меня были плохие отношения. После ПТУ получил комнату от государства. Жил один. Не работал. Дошло до того, что совершил преступление. Но у меня все живы здоровы, вы не переживайте, пожалуйста! В разговоре с собутыльником случилось недопонимание. В итоге выхватил ножик и порезал его. Метил в сердце — не попал. А насчет евоной спутницы… я, наверное, перепугался, что она расскажет про мое преступление, и ей тоже причинил телесное повреждение. На самом деле у нее много порезов было. Мне дали десять лет. За обычное убийство дают только восемь, а мне так много дали, думаю, потому, что я порезал милиционеров, которые меня брали. Но все в порядке, все живы и здоровы!» В специнтернате Сергей старается больше работать. Сейчас он дворник, но надеется получить от директора должность посолиднее. «Директор считает, убирать — это не мой уровень», — добавляет Елкин.
f92dd35fc11a9cd260f9b
Развлечений как таковых нет — только телевизор, домино, шашки, шахматы. Азартные игры вроде карт запрещены, но некоторые играют — на сигареты или варенье. При прежнем директоре интернатовцев возили на экскурсии. Сейчас нет ни музеев, ни собственного транспорта. Все дни проходят однообразно: завтрак, обед, ужин.
93ef43da63b0bced729b1

«Земляк, а земляк, сигареточку дай, пожалуйста», — рука Сявы трясется, слова выходят нечеткими, закуривает. Слава Андреев по кличке Сява больше 35 лет отсидел в тюрьме. «Самый большой срок — за разбой с подельницей, — вспоминает он. — 10 лет дали. Статья 146, ну — гоп-стоп, и ваши не пляшут. Вооруженный грабеж. Три статьи. Раз восемь был в тюрьме. Освобождался — ехал к жене. А потом жена умерла, ехать было уже не к кому. Вот и возвращался в тюрьму».

Валерий Веселов курит прямо в комнате и вообще ведет себя так, словно ничего на свете не боится. Он отсидел 45 лет, был на зоне десять раз — за убийства, разбои и кражи. Раньше Веселов жил в центре реабилитации заключенных на Будапештской улице в Петербурге. Он говорит, что по сравнению с прежним местом интернат — это «ужатник» (место, где собираются и живут зэки, согласившиеся сотрудничать с администрацией).

acae51c7b977a6f6e6f95
Интерьер комнаты Валерия Веселова

 

5b22d57f74e5ee170066f
Алексей Пузырев по кличке Пузырь
a97cf0b1d18dcc276c6e8
Виктор Журавель Журавлев помогает Дмитрию Охоте добраться до ближайшего магазина

За проживание и питание в учреждении вычитают из пенсии. В итоге на руках остается чуть больше пяти тысяч. Эти деньги порой пропивают за несколько дней. «А я не просто инвалид первой группы, но и пострадавший от Чернобыльской АЭС, — говорит Виктор. — Я там в колонии недалеко 11 лет провел. Лагерь накрыло при аварии радиоактивным облаком, но нас, конечно, никуда не перевели, хоть и доза была превышена во много раз. Нас постоянно исследовали, до 1991 года все было нормально, а потом начались перепады со зрением. Сейчас практически не вижу». Виктор понижает голос: —Ваше мнение обо мне изменится. Я троих человек убил, — наблюдает за реакцией. — И нет, не жалею. Вот как-то вернулся после срока в Кронштадт — ни прописки, ни жилья, ничего. Помог старый знакомый — на работу хорошую устроил. Деньги появились. Я квартиру снял. Одной ночью просыпаюсь — понимаю, что хозяин этой квартиры с его другом пришли ограбить меня. Друг-то убежал, а хозяин остался. Я думал, он без сознания, а оказалось — умер. Так вот я последний срок получил. А до этого любовника своей женщины убил — застал их вдвоем в постели.

Алексей Пузырев получил инвалидность после взрыва бытового газа в доме. Деньги зарабатывал, воруя цветной металл с завода. Вывозил его локомотивами, в итоге сел на 2,5 года. Вскоре после освобождения запил, пропивал всю пенсию и хотел продать квартиру. По совету сестры переехал в специнтернат, где живет уже больше десяти лет. Домой не возвращается из-за алкоголизма. «Уже дважды кодировался, — говорит он. — Первый раз выдержал три с половиной месяца, второй раз меня заставили кодироваться насильно, поэтому назло врачам я стал пить сразу после операции. Не хочу бросать пить. Когда бросал — мне сразу становилось скучно».

88a760fb96e894048e0c9
Личные вещи соседа Виктора Журавлева и Сергея Венедиктова

 

9f2eb0818431589b8a018
Сергей Венедиктов
c2d5964630fb5e94b674b
Сергей Венедиктов в своей комнате
5f9ca0fb9252fc855b361
Тюремные татуировки на ногах Сергея Веника Венедиктова

Сергей попал в специнтернат 11 лет назад после двух инсультов. У него семь судимостей, все его сроки вкратце можно охарактеризовать словосочетанием «украл — выпил — в тюрьму».

Раньше Веник много пил, но потом решил остановиться и уже три года живет без спиртного. В интернате особо ни с кем не общается, кроме Журавля и бывшей медсестры, к которой иногда ходит в гости. «В жизни я все повидал, мне уже ничего не хочется, разве что спокойствия, но если бы мне предложили что-то изменить по молодости, я бы все оставил так же», — заверяет он.

ce3306b0ec6fadc09c0f0
Евгений Афанасьев
906a05715f315ca0e2060
Самокрутки соседа Алексея Пузырева по комнате

На территории интерната пить и курить нельзя. Если придешь сильно пьяным — не пустят. «Ну то есть если вернешься в нормальном состоянии, можно под лестницей отоспаться, а если раком приползешь — не пустят», — поясняет один из постояльцев.

Впрочем, иногда поддатые интернатовцы все же проскальзывают внутрь и отсыпаются под лестницей или проносят бутылку в комнату и пьют там.

4ff559380620494c6c039
Остановка в поселке Усть-Ижора, недалеко от специнтерната

Поселок Усть-Ижора, в котором находится интернат, — историческое место. Здесь на реке Ижора армия Александра Невского билась со шведами. В честь победы в XVIII веке построили церковь Александра Невского, куда сегодня возят туристов.

67ee22ec1db055c396590
Любимая собака Виктора Журавлева по кличке Волчара

Недавно Волчара родила пятерых щенков. Веник и Журавель поселили собачью семью в покосившийся деревянный домик, который стоит за интернатом на территории соседнего сгоревшего дома. Сюда друзья приходят несколько раз в день, чтобы напоить Волчару и ее детей молоком, накормить хлебом и сосисками. Щенков мужчины планируют раздать в хорошие руки. — Волчара — наша любимая собака. Муха вот отвратительная, характер испортился за полгода. Летом только к обеду и приходит, остальное время — пойди найди, — поясняет Дмитрий. — Ща вот в интернат заедем — и на работу. Работа — это у нас пароль такой. Не скажу же я «пойдем милостыню на бухло просить», — говорит Дмитрий Охота.

208d563fe3b6bf8a0d0a4
Сосед Сергея Елкина по комнате

Выходя за ворота интерната, некоторые бывшие заключенные идут на «работу» — просить милостыню к магазину или церкви. «Тут у нас паролей вообще много. Например, «шуры-муры-пассатижи» — это когда ты с кем-то поговорить отдельно хочешь. Пойти в церковь равно работать. Приходишь туда, баночку ставишь, шлангом прикидываешься — ну, кто больной, кто нет. Прихожане и туристы инвалидам нормально подают», — говорит Дмитрий Охота. Деньги тратят на алкоголь и сигареты. Бывает, продавщица видит, что денег нет, и прогоняет.

4dbe08b27405bddd8f8c3
Здание специнтерната бывших заключенных

Трехэтажное желтое здание Санкт-Петербургского специнтерната должно было стать гостиницей для туристов, а не приютом для инвалидов и пенсионеров, освобожденных из мест лишения свободы. В учреждении живут десятки человек, но со стороны кажется, что жизни здесь нет: пустой двор за острым забором из чугунных кольев, слепые окна и тишина.

Источник: Лента. ру

Written by Alex_Art

Отличного Всем настроения! :-D

Этот посто ещё ни кто, не комментировал. Оставьте своё мнение, будьте первым!

Как покупать Айфон с рук! Важно!

Люди любят мясо, почему мясо на самом деле стоит дороже, чем мы могли бы предположить!

Почему мясо — самая лучшая худшая вещь, что есть на Земле?